Анастасия (yapca) wrote,
Анастасия
yapca

отчет Филифьонки

Филифьонка шла в Муми-дол, чемодан оттягивал лапу, сапожки на каблуках скользили по льду и одни раз она даже упала. Но она знала, что её ждет теплый дом и горячий ужин.
vilijonkka1
автор Туулики Пиетила

Около дома какой-то неизвестный Филифьонке хемуль колол дрова. У Филифьонки (наверное, это была некая комиксовая Филифьонка) мелькнула мысль, что наконец-то семейство муми-троллей взяло себе дворецкого. Хемуль сказал, что никого нет и где все он не знает. Филифьонка ему не поверила и пошла искать хозяев заодно и чтобы сказать, что дворецкий не очень обучен – чемодан не принял, докладывать о её прибытие не пошёл и еще шутит неумно . В доме было холодно и неуютно, она металась и искала хоть какой-нибудь намек, что же ей делать. Она заглядывала во все комнаты, чуланы, сараи – везде был холод и груды неаккуратно сложенных вещей. И пыль. Но Филифьонка уже не могла остановится, она нарезала круги, заглядывала по второму разу, и по третьему – в поисках намека, записки, подсказки. В доме нашлись и другие странные личности – какая-то мюмла, некто зашуганный и в очках – но они не знали где хозяева, будет ли горячий ужин, так нужный Филифьонке, а мюмла вообще вела себя очень развязно и перетащила чемонан Филифьонки в северную гостиную. Филифьонка захлебнулась возмущением и пошла нарезать круги по четвертому разу.

Когда пришел Снусмумрик – она очень обрадовалась – в нем была частичка Муми-дола. Он был ЗНАКОМЫМ. СВОИМ. Правда он тоже не знал где муми-мама, но Филифьонка с удивлением обнаружила что больше не носится кругами, а стоит и наблюдает, как он ставит палатку. Ей захотелось ему помочь, но она не знала чем. Вот если бы он ПОПРОСИЛ она бы с удовольствием подержала бы какую-нибудь веревочку или помогла накинуть тент. Но Снусмумрик был самодостаточен и помощь ему была не нужна. «По крайней мере можно пока тут остаться» - подумала она – «Снусмумрик это всё таки не эти – непонятные. Филифьонка почистила зубы, подождала кого-нибудь кому можно сказать вежливое «Спокойной ночи» (потому что вежливость важнее антипатий) и отправилась спать.

Утром ситуация понятнее не стала. На кухне обнаружился странный старичок(он приехал ночью, когда она уже спала), он хоть и «тыкал» Филифьонке, но с ним можно было общаться. Более того, Филифьонка достала оставшийся с дороги эклер, а старичок кусок пирога, они поделили это пополам и выпили кофе, ведя светскую беседу. Старичок сказал,что у него отпуск, он ничего не знает и отправляется удить рыбу. А Филифьонка задумалась над тем, не уехать ли ей домой. И куда делись муми-тролли. Оттого что невозможно уехать вместе с этой неизвестностью, но и как тут оставаться не понятно – у неё разболелась голова и она отправилась снова спать.

Ей приснился страшный сон. Настоящий кошмар Филифьонки. Ей снилось что она участвует в ролевой игре по «Волшебнику Изумрудного города». И играет Бастинду. И вот сидит она в своем фиолетовом замке и ждет, когда же по игре к ней придет девочка Элли. Когда это будет – не понятно и Филифьонку-Бастинду это очень злит. Потому что у неё грязный замок, а к воде она притрагиваться не может. Перед ней стоит ведро с тряпокой для мытья полов – но даже прикоснуться к нему Филифьонка не может – это почему то её убьет. И ей остается только раздражаться на никак не приходящую Элли.

Когда она проснулась вся компания тусовалась у костра Снусмумрика. Хемуль был уверен, что он лучше Снусмумрика знает, как разводить костер и готовить на нем. Снусмумрик тихонько отбивался и старался делать по-своему. Снусмумрик варил кофе и жарил свинину. Было вкусно, но как себя везти с этой компанией было не понятно. Филифьонка гордо принесла НОРМАЛЬНОЕ молоко (у них было только сгущенное) и … больше себе дела и места не нашла.

Убираться она не могла и не хотела, готовить… было абсолютно не нужно – потому что всех кормил Снусмумрик, колоть дрова – это нечно неслыханное… Все были заняты делом. Даже забитый хомса что-то по деловому чирикал в своей книжке. Филифьонка пошла поглядеть на Голубой шар в саду муми-троллей – но он ей показывал лишь мангровые болота.
8
иллюстрация из книги Туве Янссон "Опасное путешествие"

Она немного почитала книжку, но на книжку упала ползучка, хорошо рядом оказался Хомса, но Хомса ползучку не видел! И явно решил, что Филифьонка психопатка. Филифьонка опять пошла к костру Снусмумрика в надежде получить кофе – но Снусмумрик на этот раз поил всех чаем с пряниками, а просить у Филифьонки никак не получалось.
На остальную компанию Филифьонке было наплевать. Но её ужасно раздражало что они её даже не не любят – а просто им совершенно всё равно есть ли она или нет. Ей тоже было всё равно есть ли они или нет – но ей хотелось, что бы они ЗНАЛИ что ей всё равно. И ЗНАЛИ что она тут есть и страдает без дела. Она бы даже с удовольствием приготовила бы что-нибудь – если бы они ПОПРОСИЛИ. Но им было не надо.

Филифьонка бродила неприкаянная и изредка забредала смотреть на голубой шар как на примитивное гадание. Так она дома по вечерам раскладывала пасьянс – сошелся – «все хорошо» - не сошелся «что-то не так – как перебежавшая дорогу черная кошка». Голубой шар Филифьонке показывал исключительно мангровые заросли. Филифьонка даже на чуть-чуть превращалась в мастера и пыталась выяснить, не заел ли он от холода. Но он работал. Но Филифьонке упорно показывал болота. 4 раза.

И когда Филифьонка уже впала в истерику и разрыдалась на кухне от того что она никому не нужна и не знает чем ей заняться (она даже нашла ползучку, чтобы предъявить всем что она не психопатка, а ползучки правда всюду – но ползучка от неё сбежала, а Снусмумрик был с этими и при ЭТИХ плакать Филифьона не могла – поэтому рыдала в одиночестве на кухне, где её и нашла мюмла)– чтобы успокоится (потому что Мюмла погладила её лапкой и решила что этого достаточно – а Филифьонке и не надо было от какой-то мюмлы) побежала к шару получить указание, что же ей делать дальше и как жить (или уже утопиться нафиг в этом мангровом болоте) – Шар показал Филифьонке муми-маму варящую колдовское зелье. Филифьонка задумалась и пошла ставить на огонь кастрюлю с рисом, в надежде что из него может получится какое-нибудь варево…

117
рисунок Туве Янссон

Из риса действительно получился рисово-рыбный пудинг на обед, а еще Филифьонка нашла в саду немного замерзших яблок и из них и остатков варенья из погреба сварила теплый компот. К удивлению Филифьонки на пудинг и компот сползлись все, кто бродил по Муми-долу и ей полегчало – всё таки она была нужна. А вот концепцию праздника Филифьонка не поняла. Что празднуем и зачем и почему она должна что-то делать. Но от неё ожидали оформления кухни, поэтому она села плести гирлянды и думать о том, какое её место в этом празднике.

Хомса тоже сел плести гирлядны, Мюмла их помогала вешать, Филифьонка задумалась о возвращении муми-троллей и решила что это самое важное – что они вернуться. Обязательно вернуться. Поэтому она занялась теневым театром. А еще – сделала к празднику маникюр. А еще Филифьонка соорудила из сухарей в кладовке и всяких остатков пироженные -картошки и была страшно горда собой. Потому что это было очень ЭКОНОМНО.

Практически до последнего Филифьонка реально сабботировала идею праздника. Он получался вымученным. Филифьонка понимала, что как старшая и как наиболее сведущая в светских делах она должна взять на себя роль хозяйки и сыграть «душу компании» но Филифьонка вообще не попадала в это настроение и не могла себя заставить. Вытягивали всё на себе Мюмла и Онкельскрут.

Именно танец Мюмлы произвел на Филифьонку впечатление и немного примирил с этим праздником. В танце была какая-то магия – Филифьонке не очень понятная – но завораживающая. Для неё праздник начался именно с этого – с некого явления, которое было новым. К Филифьонке пришел некий новый опыт, который немного оправдал вот это ощущение «что я тут делаю?!». Филифьонке наконец-то стало интересно, чем живут эти существа вокруг. Ну потому что Хемули, Мюмлы и какие то странные зашуганные дети и старики в маразме могут знать о жизни? Об этикете? О культуре? А тут возникло нечто, что не укладывалось в эту картину мира. Филифьонке тоже хотелось танцевать. А потом начались разговоры Снусмумрика про дальние страны и рассказы Мюмлы про танцы и всё это будило в Филифьонке очень много разных чувств, воспоминаний, куда-то звала Дорога, где то далеко жили люди, которые могли бы научить Филифьонку танцевать… И всё это было больно – потому что у Филифьонки нет возможности вернуть кого-то, уехать куда-то…
Засыпая Филифьонка вспомнила, что у неё есть уборка. И когда убираешься – можно обо всём этом не думать и не жалеть. Поэтому Филифьонка приняла решение – никакой больше музыки и танцев и рассказов о путешествиях – этого у неё нет и не будет и нечего себе травить душу. Делай что должен (уборку) и будь что будет, решила она.

Утром Прекрасная Легкая Принявшая Решение Филифьонка вышла на кухню и принялась за уборку. Она затопила печь, вымыла посуду, сварила себе кофе. Она даже уже собралась за водой на колодец, но на столе стоял синтезатор Снумумрика… И вот тут Филифьонку опять замкнуло – и ей очень-очень захотелось попробовать поиграть музыку. Но у неё же уже было Решение. Но он же тут стоял и никого не было… Она оделась, взяла ведра, поставила ведра, разделась и стала перебирать клавиши.
Сначала у Филифьонки получались обрывки старых мелодий. И ей стало очень-очень грустно. Она стала жалеть, что не ушла за водой.
Но потом потихоньку стала появляться новая, совсем неизвестная мелодия. И Филифьонка подумала, что возможно музыка не обязательно должна распаковывать старый опыт… возможно можно сыграть что-то новое? Полюбить что-то новое? Филифьонке захотелось СОЧИНИТЬ музыку. Такую – которая ни о чем бы не напоминала. Но увы – это оказалось очень сложно. Филифьонка перебирала клавиши и искала кусочки которые не несут никакой смысловой нагрузки, но при этом красивы. Сами по себе. Но её спугнул Хемуль – и она даже обрадовалась, что можно идти готовить завтрак и не мучиться.

После завтрака все кто остался и кого не съели в темноте отправились гулять. И только там, сняв ботинки и плескаясь лапками в роднике, я наконец-то стряхнула с себя роль Филифьонки, как будто бы скинула жмущие ей сапожки. Ощущения в ногах были крутые – именно такие – снятых тесных сапог (хотя на игре я была в удобных кроссовках, только пришла в сапожках). И вот Филифьонка бы уже точно не полезла бы купаться в родник и тут я поняла, что меня отпустило.

97
иллюстрация к книге "Волшебная зима" Туве Янссон

Спасибо Мюмле за поддержку, за помощь в игре и перед игрой, за глинтвейн – но в особенности за танцы, которые в Филифьонке будили что-то новое.

Спасибо Снусмумрику за якорь к Муми-долу, завтрак из кофе и свинины, за придуманный Голубой шар и рассказы о путешествиях и синтезатор с губной гармошкой.

Спасибо Хемулю за то, что приехал и был. Ты был слишком красивым правильным – и Филифьонка ловила себя на том, что кажется она солидарна с каким-то Хемулем, которого еще и первый раз в жизни видит. Это пугало. Но именно ты понимал Филифьонкинские заморочки о сходимости продуктов и т.п.

Спасибо Хомсе за иллюстрации в книге. Я была очень расстогана, что эта история начинает материализовываться. И еще за помощь всем по хозяйству. Мне показалось, что безропотный Хомса работал больше всех.

И Спасибо Онкельскруту за патефон, музыку, совместный кофе и поделенный эклер и за спасение игры в целом.
Tags: В конце ноября, муми-тролли, ролевые игры, улыбаюсь
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments